Понедельник, Ноябрь 19
LandNews

Главные новости Украины

В Кремле даже не поняли, что натворили – экс-советник Путина

0
Поделиться в социальных сетях
  • 1
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

В Кремле даже не поняли, что натворили - экс-советник Путина
В Кремле даже не поняли, что натворили – экс-советник Путина

Смогут ли санкции остановить агрессивную политику Москвы, когда уйдет президент РФ Владимир Путин и что будет с Россией после него – в интервью рассказал российский экономист и бывший советник главы Кремля Андрей Илларионов.

– Большинство экономистов сходятся на мнении, что западные санкции против России – это ничто. Вы как считаете?

– Санкции против России – это новое явление, которого раньше не было. Сам режим, против которого вводятся такие санкции – тоже первый случай такого уровня. Это не Иран, не Северная Корея, не Зимбабве и не Сирия. Поэтому идет процесс выработки нового явления – что возможно, а что невозможно. Как оказать воздействие на режим, как изменить его поведение или как его наказать так, чтобы было минимум последствий для самих себя.

Что касается отключения России от Swift, то я сильно сомневаюсь, что такие меры когда-нибудь будут применены. Почему? Глубокий анализ показал, что это решение легко обходится и никакого вреда не оказывает. То есть, нет самого наказания

Зато есть некоторые другие меры, которые стали обсуждаться. В скором времени о них станет известно.

Санкции – это важный и мощный инструмент. К ним нужно относиться следующим образом. Неудовлетворение позицией западных стран о том, что они не используют конкретные инструменты – оно понятно. Есть процесс эволюции западного общественного мнения и бюрократического мнения, которые можно подгонять, но у санкций есть определенная последовательность. Нельзя перескочить из одного состояния в другое так быстро, как мы хотим. Так не получается. Запад работает по-другому. Но процесс идет, особенно после химической атаки в Солсбери. Очевидно, что будут введены новые санкции.

Россия грубейшим образом нарушила международное право в наиболее чувствительных сферах. Был нарушен запрет на использование и применение оружия массового уничтожения, в данном случае на территории другого государства. Это все является одновременно и актом агрессии. И то, что произошло после выступления Терезы Мэй, выводит всю ситуацию по отношению к Украине, Крыму, российскому режиму на качественно новый уровень. Думаю, в Кремле этого до конца еще не поняли.

Вот два года назад обсуждался тезис о том, что когда к власти придет Трамп, то санкции могут или ослабить или вообще снять. Сейчас такой тезис вообще вышел из повестки дня и не может быть возвращен. Это большое изменение ситуации.

– Разве этого достаточно, чтобы остановить агрессивную политику Кремля?

– Да, у нас есть право быть недовольными темпами, масштабами, скоростью, реакцией западных столиц на поведение Москвы, не только в деле санкций, но и в целом. Но нельзя сказать, что эта скорость и темпы равны нулю. Поэтому жертвам агрессии нужно укреплять свою оборону.

– Как бы вы оценили состояние российской экономики? Цена на нефть растет, а рубль падает.

– Цены на нефть сейчас выше $80 за баррель, а рубль при этом падает. Не растет, а падает. Это отличие с тем, что происходило раньше. Одновременно смотрим на годовые темпы экономического роста. По первому кварталу данные у нас примерно 1,5%. За первый и второй кварталы ожидается примерно 1,3-1,4%. Это годовой рост.

Если мы посмотрим на начало 2000-х годов, а именно 2000-й год, то цена нефти составляла $22 за баррель, а темпы экономического роста составляли 10% за год. Сейчас цена на нефть в три раза выше, чем было в 2000-м году, но она не способна генерировать экономический рост не только в сопоставимости с тем, что было, но и в 5 раз меньше. И при этом еще происходит падение курса рубля.

Это говорит о том, что если раньше на экономику России позитивно влияли высокие цены на нефть и вливание дополнительных валютных средств, то сейчас эффекта этого влияния нет.

Санкции еще даже никто не вводил, просто сказали, что это возможно. И уже только на этой информации рынки отреагировали массовым выводом валюты из России. Вот как изменилась экономическая и психологическая ситуация в России за последние 18 лет.

– А как она изменится в ближайшие лет 10?

– Это будущее называется стагнация. Прогнозировать глубокий кризис или глубокую катастрофу – я бы не стал. Пока еще российская экономика является базово-рыночной, достаточно диверсифицированной, с достаточно квалифицированными кадрами. Действительно, это большая и устойчивая экономика. И говорить, что она будет разорвана в клочья, как в свое время говорил Обама, это, конечно, не имеет отношения к реальности.

Но в тоже самое время ожидать, что в этих условиях российская экономика будет расти на 6-8%, как она росла в течении 10-ти лет, с 98-го по 2008-ой, нет никаких оснований. Основной прогноз, с которым согласно большинство специалистов и внутри России и за ее пределами, это стагнация на уровне не выше 2% в год.

– За Путиным тянется большое количество разных преступлений – войны, аннексии. Вы знаете его лично… Ему присуще чисто человеческое сочувствие?

– Кроме всего этого были преступления в самой России, погибали российские граждане в самом чистом виде. До этого была Чеченская война, в которой погибло от 40 до 50 тыс человек. Это ответ на ваш вопрос.

– То есть человеческого сочувствия у него нет?

– Это ответ на ваш вопрос. Есть подозрения, что это является неотъемлемой частью его личности.

– Верите, что российский президент когда-нибудь окажется на скамье подсудимых?

– Конечно, вся эта история не будет длиться бесконечно. Что касается скамьи подсудимых, то некоторые до нее не доживают. Понятно, что с точки зрения международного права, все эти действия являются абсолютно неприемлемыми. Но произошли качественные изменения даже для категории людей “путин ферштейн” на Западе. Если раньше они пытались найти какие-то вещи, то сейчас для них психологически невозможно вставать в его защиту. Также невозможным и неприемлемым есть снятие санкций против России.

Ситуация становится похожей на времена холодной войны по отношению к “империи зла”. Когда Рейган произнес эти слова, то не только в СССР, но и на Западе многие против них возражали. Мол, так не принято говорить. И кроме, пожалуй, Рейгана, никто этим термином не пользовался.

Сейчас мнение о том, что нынешний российский режим – криминальный режим, ни у кого не вызывает никаких возражений. Могут разве что сказать: а что вы сказали нового? Зачем повторять банальности?

Вот чего люди режима добились, и за это они могут винить только самих себя.

– Конец будет таким же, как был в Советском Союзе, когда под страхом смерти свои убирали своих же?

– В отличии от демократии, которая является предсказуемой, тоталитарные режимы непредсказуемы. Каждое новое крушение такого режима приносит новые явления, которых раньше не было. Но у нас нет пока примеров бескровного конца такого рода режимов.

– Что будет с Россией в 25-ом году?

– Для Путина важна его личная безопасность и неприкосновенность. Все это не может быть гарантировано за границей его личной власти. Это значит, что Путин не может покидать свой пост. Поэтому он будет при власти до того времени, пока физически сможет ее удерживать.

И тут возникает очередной вопрос, какой будет Россия после ухода Путина?

С точки зрения политологии – это очень жесткий авторитарный режим. Нынешняя российская пропаганда гораздо эффективнее пропаганды времен коммунизма. Под ее воздействием находятся 85% населения, остальные 15% к ней не прислушиваются.

Тогда в силу вступает другой инструмент – это террор. Но не массовый, а избирательный. Все потенциальные кандидаты на президентство в Российской Федерации закончили очень плачевно. Я говорю не только о Немцове. Этот инструмент террора используется не только против российского населения и оппозиции, но и за границей России. Помните, попытка отравления Ющенко в Украине, смерть Вячеслава Черновола.

Эти два аппарата, пропаганды и террора, очень хорошо работают, если можно так сказать.

Но если перейти к более важному аспекту, социологии, то нужно подумать о трех самых важных силах, которые создают властные силы в России. Первое – это корпорация офицеров политической полиции, как офицеров в прошлом, так и нынешних. Путин же сам говорит, что бывших КГБистов не бывает. Потом идет организованная преступность. Это мафия, криминал и публикации последнего времени только подтверждают неразрывность мафии с режимом.

Ну, и третий элемент, который обеспечивает высокую политическую и психологическую стабильность – это то, что мы называем системными либералами, которым поручают вести системную политику. Например, тот же Алексей Кудрин.

– Если бы Путина завтра не стало, что тогда?

– У политологов на этот вопрос ответа нет. Это невозможно спрогнозировать. Хотел бы напомнить вам, что случилось в Туркмении, когда вдруг умер Туркменбаши. Абсолютно никто бы не подумал, что лидера может заменить его личный дантист.

В Кремле даже не поняли, что натворили - экс-советник Путина

Поэтому сейчас невозможно спрогнозировать, кто займет место Путина. Да и сам Путин очень непредсказуем.

– Какое будущее России без Путина?

– Она будет свободной и демократической страной. Все незаконно аннексированные территории будут возвращены. Когда это случится? Помните концепцию “черного лебедя”, когда случается что-то такое и развитие событий идут в очень плохом направлении.

Путин на самом деле более прозападный, нежели провосточный. Многие при слове Запад представят себе Лондон, Брюссель. Но Путин ищет пример в Европе – это, например, Сицилии. Путин – глубокий европейский сицилиец.

Ни одна страна и ни одно общество не является обреченным, у которого нет выхода. Понятно, что построить демократию в Швейцарии несколько легче, чем в России. Но это не значит, что этого невозможно сделать. Просто требуются другие издержки и тренировки, чем это было бы в Швейцарии, Британии, или в Голландии. Но это не значит, что это невозможно. После того, как успешную демократию построили в Монголии, то это значит, что и Россия не обречена. Да, требуются усилия, да, есть проблемы с понимаем верховенства права, но все возможно.

– Есть теория, что для поддержания своего рейтинга Путин может решиться на новый военный конфликт. Кто-то говорит о Беларуси, кто-то о странах Балтии.

– Путин нападает на противника, который в сто раз слабее него. Как было в случае с Грузией или Сирией. Максимальное количество человек, которое было сосредоточено на украинско-российской границе – 50 тыс. Что такое 50 тыс? Военные объяснили, что для того, чтобы захватить территорию нужна группировка не менее 1 млн человек. Для Крыма – да, хватило 50 тыс. Для оккупации Донецкой и Луганской области хватило 70 тыс. Но для того, чтобы дойти до Днепра – нужна группировка не менее 1 млн. Такой группировки не было. Путин специально создает искусственное впечатление, чтобы психологически обезоружить противника и запугать людей. Частично это часто срабатывает.

 

Источник

Поделиться